Cossack Казак

Теги
Крым Сагайдачный Науменко Назаренко Украинское реестровое казачество мигранты донские казаки казаки Дон Юдин казачество Водолацкий Эстонское казачье товарищество Анатолий Шевченко Андрей Грицков Лемнос эмиграция Русская Голгофа Гражданская война Белая армия Казакия круг ЧОКО Каледин Новочеркасск Мелихов Дело Бекетова Армения памятник МАКО Рязань ЦКВ терские казаки перепись Волгоград джигитовка Еланская мемориал музей Ставрополье Сирко геноцид Приднестровье ЧКВ Оренбург Дутов ОКВ конгресс Кубанский казачий хор Кубань ККВ Кавказ Медведев реестр ДКР МКО Ессентуки Украина черноморцы Спас ВВД Азовское осадное сидение Азов «Казачья воля» суд АКВ Аргентина Илья Чаповский фольклор казачий Старочеркасская фестиваль Ростов Колодежное Воронеж Германия Казаки России Испания язык Александр Таболаев Копанский Юрий Пономарев Борис Мелехин Кущевская Абхазия Казачий Народ обращение Австралия генетика Калитвинская Чернецов словарь Россия Туроверов Гундоровская Горячеводск Крымск саратовские казаки Новохоперск Всемирный конгресс казаков Ставрополь никель Хопер иностранный легион Атаманский пернач шашка Лиенц Борис Алмазов Петербург Новороссия Блазнин кизяки

Искать града Тмутораканя

Период строительства военного флота в верховьях Дона и на Воронеже исторически краток (1695-1711 гг.), но является одной из ярких страниц истории России XVIII века. Это пример быстрой мобилизации людских и материальных ресурсов, говорящий о высоком нравственном потенциале русского народа, стоящем на многовековых традициях прежних славных лет. Верфи на Верхнем Дону и Воронеже, известные еще с XV века, строившие струги, будары и прочие малотоннажные суда, за короткий временной срок построили парусный флот, во многом не уступавший морским кораблям ведущих морских держав той эпохи.

В рамках казачьей истории об этом повествует книга «Казаки и военное судо-строение на речных верфях Дона и Днепра в XVII-XIX вв.» В.Д.Батырева, изданная в 2005 году. В трудах воронежских историков, например, книги - «Очерки истории Воронежского края» (1961 г.) и « Воронежские корабли: Зарождение Российского регулярного флота» (1996 г.) в фрагментарном виде, тоже освещается участие во-ронежских казаков в судостроении на Дону. К сожалению, в трудах нынешних военных историков роль Азовских походов наме-ренно принижается и низводится к «воинской потехе 23-летнего недоросля и его компании с Кукуя». Данные строки приведены из вышеуказаной книги А.Широкорада, который считает, что единственным выходом России к морю было лишь устье Невы и затраты на выход к морю Черному «были неимоверны». Зато «казачий вопрос» освещен военным историком достаточно широко (в пристрастном, правда, тоне): «Петр 1 ненавидел казаков. Царь видел в русском народе только рабов, беспрекословно повинующихся господину... он устроил геноцид казачества подобный 1919 году...» Несомненно, казаки имели претензии к Петру – но скорее обратного порядка, так атаман Кубанского войска А.П.Филимонов в июле 1919 года в своей речи на съезде казачьих войск в Екатеринодаре сказал: «...Казаки – чисто русские люди, наибо-лее сильные в физическом и моральном отношении, с наибольшей энергией и предприимчивостью. Гений русского народа всегда тянулся на юг, а не на север, а поэтому Пет-ровская реформа – историческая ошибка. Казаки олицетворяли собою тягу на юг, туда где больше света, больше тепла, больше солнца».Историк Синеоков в свою очередь написал : «Царь Петр I потребовал от казаков большей службы и поэтому жалование увеличил. Так Дон стал теперь получать 5000 рублей, 6500 четвертей хлеба,500 ведер вина, 230 пудов пороху, 115 пудов свинцу, 10 пудов железа и 430 поставок сукна... С 1700 года по 1718 год Царь Петр утверждает выборы атамана. С 1703 года сношение с Доном происходит через Азовского, а затем Воронежского воевод...». При Петре донскими атаманами были Фрол Минаев, Лукьян Максимов (изби-равшийся 5 раз и убитый Булавиным) и Василий Фролов. За верность государю во время Астраханского и Царицинского стрелецких бун-тов царь Петр пожаловал донским казакам грамоту и честные клейноды« Знатные воинские клейноды состояли: из серебряного пернача с цветными кам-нями, позолоченного; из бунчука с яблоком, доской серебряною, позолоченной трубкой; знамени с золотым тканьём; шесть писанных золотом и серебром ста-ничных знамён». Донские казаки выносили эти награды на каждый круг и под пет-ровскими знаменами принимали присягу. «Репрессии» царского правительства касались в основном новоприходцев и не относились к донским старожилам. В 1703 году на Дон были посланы стольники Мак-сим Кологривов и Михайло Пушкин с предписанием разделить жителей городков на следующие группы:1) старожильцы, то есть все поселившиеся до 1695 года; 2) Участники Азовских походов; 3) новоприходцы, поселившиеся после 1695 года (их предписывалось высылать по прежнему месту жительства). Существовавшие «перегибы на местах» ни коим образом не свидетельствует ни о вечных репрессиях «московских тиранов» не говорят о «казачьем геноциде». Казачье население Дона к началу XVIII века неуклонно увеличивалось и составляло 28 570 человек учтенных в 127 городках. Струговое и корабельное дело действительно являлось тяжелой повинностью. Массовые наряды на работу охватывали, как правило, города и уезды Белгордского полка. Эту повинность несли воронежцы, костенцы, землянцы, усманцы, коротояк-цы, урывчане, добренцы, белоколодцы, лебедянцы, острогожцы, орловцы, оль-шанцы и козловцы. Их касался каждый наряд и они должны были являтся на работу почти все поголовно. Для эффективности административного управления Петр I передал из Бел-городского разряда в Адмиралтейский приказ (1701 по 1709 гг.) 25 городов с уезда-ми, в которых насчитывалось 122 404 жителей мужского пола. Ежегодно жители приписных городов выставляли для стругового и корабельного дела 26 976 человек и были освобождены от выплаты корабельного налога. Работы по созданию Донской флотилии охватывали все категории населения Во-ронежского края – детей боярских, казаков, посадских людей, крестьян всех кате-горий (посошных, дворцовых, помещичьх, бобылей). Трудовую повинность отбывали и подростки (недоросли): «ребятишек самых малых, истинно многие лет по семи и по осьми». [Из отписки А.П.Протасьева] Из категории курьёзов выглядит и отправка усманским воеводой на кора-бельные работы священников, на что воронежский воевода сделал порицание: « А что ты прислал трех человек попов, и то ты делаешь не гораздо, потому что и в указе тебе попов высылать ненаписано, и те попы с Воронежа от-пущены на Усмань попрежнему». Указами 1698-1699 гг. предписывалось выслать на очистку рек и корабельную работу воронежцев городовой службы в количестве 843 человека, стрельцов и каза-ков 1498 человек. Тяжелый и малооплачиваемый труд (3-4 деньги в день на челове-ка) вызывали неявку на работу (нетчики) и побеги в низовые городки (беглецы), за которые родственники (нетчиков и беглецов) подвергались административному взыску (арест и конфискация имущества). Вместе с тем, часто возникала и канцелярская путаница, когда карали - кого попало. Из челобитной коротоякских казаков следует: « Сидорка Ковров с товарищи... мы работали на очистке рек Воронеж и Дон, в устройстве земляных валов около кораблей и возке лесных припасов из бора... но имена наши значатся в нетях и воевода держит в приказной избе женишек и детишек наших и морит голодной смертью». Администрация верфи(А.П.Протасьев) приказала воеводе освободить семьи казаков так как: «...они на Воронеже были у дела и ныне на Воронеж явились». В петровские времена самыми жестокими наказаниями для нетчиков и бег-лецов (помимо кнутов, батогов и дыб) были ссылка на вечное житьё в Азов и работа на стругах в качестве кормщиков и гребцов. Помимо стругового и корабельного дела жители Воронежской губернии выпол-няли в пользу государства немало других повинностей. В то время Воронеж был не только крупным центром судостроения, но и важным промежуточным пунктом на пу-ти из Москвы в Азов. Для перевозки людей и различных грузов, следовавших в эти города, требовалось большое количество подвод, поставлять и обслуживать кото-рые обязаны были всё тяглое население. Подводную повинность несли «с посаду и уезду, со всяких чинов людей» - казаки, стрельцы, пушкари с воротниками и при-шлые люди с «крестьянских, бобыльских, задворных и деловых людей дво-ров» В случае большой нужды в транспорте с каждых двух дворов брали подводу. Именно так поступили в 1696 году во время второго Азовского похода, когда Воро-неж и уезд должны были выставить 1310 подвод, а Козлов и уезд предоставить 2079 подвод. На каждом стане от Ряжска до Воронежа должны были стоять в готов-ности не менее 150-200 подвод. Для выполнения почтовой повинности (помимо ямщиков и посадских людей с «хорошей репутацией») привлекались и переселенные казаки. Так грамота 1700 года предписывала Войску Донскому казаков, живших в верховых городах по Хопру, Медведице и другим рекам, поселить по дорогам, которые шли от Валуек и Острогожска к Азову. Переселенные казаки должны были обслуживать почтовый тракт, связывающий страну с Азовом. К 1701 году Войско переселило на указанные дороги около 1000 казачьих семей. Царская администрация старалась регламентировать порядок построения новых городков. По мнению правительства, городки, построенные самовольно, а не в ука-занных местах, вдали от проезжей дороги и поблизости от руских украинных горо-дов, превращаются в скопища беглых, которые укрываются от «азовских и воронеж-ских работ». Сами казаки тоже подозревались в сговоре с беглыми. Помещики доносили царю: «Бывая в Зимовой станице, казаки подговаривают к побегу крестьян и холопов, а затем при возвращении свозят их на Дон в стругах по реке».

Воронеж при Петре I (художник А. Курзанов) Из разных архивов

Крепость Азов (Тана) - после покорения половцами Тмутараканского княжества, в XIII веке перешел к генуэзцам и был ими укреплен каменными стенами и башнями. Город стал центром индо-китайской фактории. Взятый в 1471 году турками город пришел в упадок и превратился в турецкую крепость ненавистную донским казакам, как препятствие к выходу в море. Как писалось ранее, генуэзские фактории были под охраной казаков, и ничего удивительного не было в том, что генуэзское купечество щедро финансировало их походы. Город имел замкнутую крепостную стену обводом в 600 сажен. Со стороны Дона стена дос-тигала 10 саж.высоты. Крепостные рвы имели 4 саж. ширины и 1.5 саж глубины. Оборонительную силу составляли 11 башен. Крепость защищало 5 тыс.человек и 200 пушек.

Крепость Азов

"Краткое описание всех случаев, касающихся до Азова от создания сего города, до воз-вращения оного под Российскую державу".Готлиб Зигфрид Байер. 1734 годВ 1696 году, во время второго похода Петра I, когда русское войско окрепло флотом и увеличилось численным составом служилых людей, стало очевидно, что победа весьма близка. Да и турецкие перебежчики, кои попадали в русский лагерь, "объявили, что в городе от российского бомбардирования и пушечной стрельбы нигде без опасения быть не можно, что магазин с провиантом разорен и от того в городе уже немалый недостаток произошел". Но те же перебежчики поведали и о том, что продовольствием турок снабжали один немец и трое русских людей. Сведения, приводимые у Байера, более нигде не встречаются, и в последующих описаниях сей эпизод опускается. Поэтому, вероятно, следует его привести. "Для пресечения тайного привозу в город съестных припасов, приказано было тотчас стеречь таких неверных людей. Пойман был русский, который на допросе объявил, что он выходит из Азова уже в третий раз покупать хлеб для тамошнего гарнизона. Хлеб покупается по грошу, продается в городе по рублю"В решающий момент осады Азова русскими войсками понадобились силы казаков. Настало время проявить себя. Запорожские казаки во главе с гетманом Мазепой и донские казаки под командой атамана Фрола Минаева начали приступ крепости. После долгого, длившегося бо-лее шести часов, сражения, турки предложили заключить договор о сдаче крепости, так как оправиться после битвы были уже не в силах. В договоре было предписано: "Турецкому гар-низону идти с женами и детьми на бударах до морского устья, пожитков столько взять с со-бою, сколько кто подымет, а все прочее вместе с военной казной оставить в крепости". Дого-ворились о выдаче перебежчика Якушки и "всех прочих ренегатов". Якушка был у них ин-женером крепости. "В Москву его привезли на высокой телеге, на которой сделана была ви-селица". Возле преступника находились два палача с топорами. На груди у Якушки висела медная доска с надписью: "Сей злодей четырежды свой закон переменил и изменил и Богу и всему народу". Четыре раза Якушка менял свою веру, был в Римском законе, затем в протес-тантском, греческом, и напоследок в магометанском. Сработала древняя мудрость: "Изме-нивший единожды, изменит не один раз". Якушку казнили в Москве, а голова его, торчащая наоколу,ещеодолгоонапоминалаонародуообоизменнике. Азов пришлось возвратить Турции.после неудачного Прутского похода 1711.Только в 1736 г. Азов был снова взят армией фельдмаршала Ласси и на этот раз уже навсегда. По условиям Белградскаго мира (1739 г.) с Турцией Россия обязалась разрушить укрепления Азова, что и было исполнено в 1747 г. Но в 1769 г., по повелению императрицы Екатерины II, Азов был восстановлен.

Резюме:

1) Период «покорения Дона» продолжался с 1695 по 1711 годы и, действительно, сопровождался громадным административным нажимом на местное население. В трудах воронежских историков советского периода всегда прямолинейно писалось: «Народ искал более действенные способы борьбы с угнетателяли. Выход им под-сказывало географическое положение Воронежского края, по соседству с которым находились плодородные малонаселенные земли и область Войска Донского, где казачество пользовалось внутренней автономией и не знало ещё вполне сложившихся феодальных отношений. Спасение от социальных и экономических бедствий воронежцы искали в переселении на реки Икорец, Битюг, Хопер, Медведицу и Дон. Наиболее отважные люди уходили на Яик и Кубань. Попав в руки властей беглецы заявляли- «бегали мы на Икорец, и Бетюк и на Дон к казакам не под подговору, а собою от великой скудности, потому: от брегантинного строения и от заготав ливания лесных припасов мы обез-лошадели и обезхлебили и кормица нам стало нечем..» (Очерки истории Воронежского края т-1. 1961 г.) .

2) Те же историки, подводя итоги воронежского кораблестроения, считают вполне оправданными «огромные затраты денег, материалов и рабочей силы. В течении полутора десятков лет было построено более 200 судов, в том числе-75 кораблей, 7 бомбардирских судов, 9 брандеров, 114 галер и бригантин, 4 яхты и 8 других мелких судов. Почти все строившиеся суда были спущены на воду, часть их удалось провести в Азовское море для несения боевой службы; некоторые суда использовались для перевозки грузов по воронежско-донскому речному пути. Корабли и галеры, построенные на воронежских верфях, представляли собой боевые морские суда, оснащенные пару сами, с сильным артиллерийским вооружением. По своим мореходным и боевым качествам они на много превосходили русские струги XVII в. и не уступали военным судам европейских морских держав» («Очерки истории..»)

* Если мерить петровские реформы «Достоевской слезой ребенка», то они конечно, это-го критерия не выдерживают. Но ни одно государство мира - ни прежде, ни сейчас этой «доктриной» не руководствовалось. Собственно развенчивать «Петровский Миф» стали почти одновременно с его созданием, (можно сказать - у него «длинная борода»), а значит это вопрос, прежде всего идеологический. Но следует заметить, что ныне модно возносить и вовсе - «людоедские режимы», например империи Чингиз-хана, Батыя и Тамерлана и слезу ребенка там никто не ищет. Более того, их предлагают как образец для подражания в вопро-сах налогообложения и веротерпимости. Нам же по нашей «скудности», суждено вечно су-дить «проклятое прошлое» и строить очередной «воздушный замок» с верой в светлое будущее, торжества каких то очередных «общечеловеческих ценностей».

Страниц: 1
Опубликовано: 18.02.11 | Просмотров: 1961 | [ + ]   [ - ]   | Печать