Cossack Казак

Теги
Крым Сагайдачный Науменко Назаренко Украинское реестровое казачество мигранты донские казаки казаки Дон Юдин казачество Водолацкий Эстонское казачье товарищество Анатолий Шевченко Андрей Грицков Лемнос эмиграция Русская Голгофа Гражданская война Белая армия Казакия круг ЧОКО Каледин Новочеркасск Мелихов Дело Бекетова Армения памятник МАКО Рязань ЦКВ терские казаки перепись Волгоград джигитовка Еланская мемориал музей Ставрополье Сирко геноцид Приднестровье ЧКВ Оренбург Дутов ОКВ конгресс Кубанский казачий хор Кубань ККВ Кавказ Медведев реестр ДКР МКО Ессентуки Украина черноморцы Спас ВВД Азовское осадное сидение Азов «Казачья воля» суд АКВ Аргентина Илья Чаповский фольклор казачий Старочеркасская фестиваль Ростов Колодежное Воронеж Германия Казаки России Испания язык Александр Таболаев Копанский Юрий Пономарев Борис Мелехин Кущевская Абхазия Казачий Народ обращение Австралия генетика Калитвинская Чернецов словарь Россия Туроверов Гундоровская Горячеводск Крымск саратовские казаки Новохоперск Всемирный конгресс казаков Ставрополь никель Хопер иностранный легион Атаманский пернач шашка Лиенц Борис Алмазов Петербург Новороссия Блазнин кизяки

Раcказачивание

Политика раcказачивания, проводимая правительством большевиков, происходила в рамках общих репрессивных мер по отношению к большинству населения России. Целью этих мер было создание мощного тоталитарного государства с жесткой вертикальной структурой власти. Преследованию подлежали различные группы людей объединенных по территориальному, сословному, этническому и конфессиональному признаку. По словам соратника Ленина Рейгольда:

«Казаков, по крайней мере, огромную их часть надо рано или поздно истребить, просто уничтожить физически, но тут нужен огромный такт, величайшая осторожность и заигрывание с казачеством: ни на минуту нельзя забывать, что мы имеем дело с воинственным народом, у которого каждая станица вооруженный лагерь, каждый хутор — крепость».

Террор достиг первого пика еще в ходе Гражданской войны — оформившись известной директивой Оргбюро ЦК ВКП(б) 24 января 1919 г. Речь шла о репрессиях против всего казачества! Этот подписанный Свердловым документ настолько важен в «юридическом» оформлении политики советской власти в отношении казачества, что стоит привести следующую выдержку:

«Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью. К среднему казачеству необходимо применять все те меры, которые дают гарантию от каких-либо попыток с его стороны к новым выступлениям против Советской власти».

 3 февраля 1919 года появился секретный приказ №171, председателя РВС Республики Льва Троцкого «О расказачивании». Тогда же директива Донбюро ВКП(б) прямо предписывала — а) физическое истребление по крайней мере 100 тысяч казаков, способных носить оружие, т.е. от 18 до 50 лет; б) физическое уничтожение так называемых «верхов» станицы (атаманов, судей, учителей, священников), хотя бы и не принимающих участия в контрреволюционных действиях; в) выселение значительной части казачьих семей за пределы Донской области; г) переселение крестьян из малоземельных северных губерний на место ликвидированных станиц.

Именно осуществление директивы Оргбюро привело к восстанию на Верхнем Дону 11 марта 1919г. 8 апреля – очередная директива Донбюро: «Насущная задача — полное, быстрое и решительное уничтожение казачества как особой экономической группы, разрушение его хозяйственных устоев, физическое уничтожение казачьего чиновничества и офицерства, вообще всех верхов казачества, распыление и обезвреживание рядового казаче-ства…»

Газета «Известия Наркомвоена» (выходившая фактически под прямой редакцией Троцкого) писала: «У казачества нет заслуг перед русским народом и государством. У казачества есть заслуги лишь перед темными силами русизма… По своей боевой подготовке казачество не отличалось способ-ностями к полезным боевым действиям. Особенно рельефно бросается в глаза дикий вид казака, его отсталость от приличной внешности культурного человека западной полосы. При исследовании психологической стороны этой массы приходится заметить сходство между психологией ка-зачества и психологией некоторых представителей зоологического мира».

По правде говоря, сама идея «расказачивания» широко не афишировалась. Когда В.И.Ленину передали резолюцию Совета Союза казачьих войск, с протестом против посылки большевистских частей на Дон. Ленин ответил, что «что посылка революционных частей на Дон ни в коей мере не ущемляет прав трудового казачества, а, наоборот, поможет ему в борьбе за свои права».

На деле в эпистолярном наследии Ленина (закрытых письмах и телеграммах) в отношении казаков часто встречаются фразы «поголовное истребление казаков… расстрелять всех до одного… перережем всех»

Главным проводником идеи расказачивания на Дону был Сергей Сырцов – 25 летний председатель Донского бюро РКП(б) и фактический руководитель Граж-данского управления «Гражданупра» Недавний студент Петроградского политех-нического института, начитавшийся книг о Великой Французской революции, Сырцов однозначно оценивал казачий Дон как «Русскую Вандею».Непоколебимо встав на эту точку зрения, он не желал считаться ни с социальным расслоением среди казаков, ни с тем фактом, что значительная часть казачества сражалась на стороне Советской власти. Ленин тоже, ещё в 1917 году предупреждал о возмож-ности образования на Дону «русской Вандеи», хотя казачество в ходе революции в октябре 1917 года придерживалось в целом позиций нейтралитета.

Как «Вандею» оценивали события на Дону и белогвардейцы:

Белая гвардия, путь твой высок:

Черному дулу — грудь и висок.

Божье да белое твое дело:

Белое тело твое — в песок.

Не лебедей это в небе стая:

Белогвардейская рать святая

Белым видением тает, тает…

Старого мира — последний сон:

Молодость — Доблесть — Вандея — Дон.

В этих стихах Марины Цветаевой выражена принятая тогда тенденция срав-нения русской революции с Великой Французской революцией.

Дело в том, что русская революция проходила в точности по «рецептам» французской. Сценарий был следующий:

1) Отречение монарха от престола с переходом власти к парламенту.

2) Разгон этого самого парламента, бескровное взятие какой-либо никем не защищаемой «Бастилии» и установление жесткой диктатуры.

3) Разжигание Гражданской войны с целью максимального уничтожения насе-ления.

4) декларативные иностранные интервенции

5) Репрессии против всех недовольных происходящим.

6) Уничтожение самих исполнителей карательных акций.

7) Восстановление имперских амбиций, (по сути, реставрация монархии)

Результат обеих революций грандиозные мировые войны с одинаковым пе-риодом – 21 год (1793-1814 и 1919-1941). Даже восстания – на Дону и Вандее на-чались в первых числах марта. В этом кровавом спектакле менялись лишь фами-лии актеров, с Лекинино* на Ленина и Каррье** на Якира. Поэтому достаточно ос-тановиться на одной бойне, чтобы стала понятна суть другой. Кто был истинным режиссером этих событий и поныне остаётся загадкой.

Суть Вандейской страницы французской революции изложена в книге Гракха Бабёфа1. Ссылаясь на сочинение участника революционного трибунала и свиде-теля тайных сборищ якобинцев С.Вилата, Бабёф утверждает, что в деле уничто-жения людей лежала целая система, причем весьма практичная. В частности он пишет: «по плану этих великих законодателей не следовало допускать, чтобы численность населения когда либо превзошла определенное соотношение с размерами общей годичной продукции всей земельной площади страны, так, чтобы каждый гражданин всегда обладал полным земельным наделом и полной долей продуктов питания…нет другого способа уничтожения этой власти собственников и освобождения массы граждан от этой зависимости, как со-средоточить сначала всю собственность в руках правительства… Что в лю-бом случае необходимо произвести сокращение населения, потому что, по про-изведенным подсчетам, французское население по численности превосходило ресурсы почвы и потребности производительной деятельности; иными слова-ми, людей у нас слишком много, чтобы каждый мог жить в достатке, рабочих рук больше, чем нужно для выполнения наиболее полезных работ…

По утверждению Гракха Бабёфа репрессиям подлежали все без исключения жители Вандеи и республиканцы, и монархисты. Зеркальный парадокс того вре-мени состоял в том, что первые назывались «патриотами», а вторые «врагами народа». В России 17-го года патриот и враг народа стали словами синонимами.

Следует ещё раз процитировать Гракха Бабёфа: «…колонна, которой руководит генерал Гриньон сжигает все деревни и фермы, никому нет пощады, мужчины, женщины, грудные дети, беременные женщины — все гибнут; несчастные патриоты со свидетельст-вами о патриотизме в руках тщетно просят этих бесноватых сохранить им жизнь, их все равно убивают… Колонна Гриньона уничтожила в Лароше множество людей, как взрос-лых мужчин, так и детей, из коих многие были известны своим патриотизмом и работали для армии…

…в одном месте они истребили весь состав муниципалитета, облаченный в трехцвет-ные шарфы. В маленькой деревне, где проживали лишь около 50 добрых патриотов, все-гда оказывавших сопротивление гнету разбойников, узнают, что их братья по оружию идут помогать патриотам и отомстить за все перенесенные ими страдания. К их приходу приурочивают патриотический и братский банкет. Колонна прибывает, обнимается с ни-ми, съедает приготовленную этими несчастными еду, и сразу после трапезы (о, неслыхан-ное варварство!) они их уводят па кладбище и там закалывают одного за другим…

…17-го колонна Корделье расположилась лагерем в Клиссоне, и этот генерал распо-рядился истребить там жен и детей добрых республиканцев, бежавших в Нант. 18-го, ко-гда он проходил через местечко Балле, он велел расстрелять многих граждан и гражданок, хотя те и предоставили ему свидетельства о патриотизме. 19-го в Леру та же колонна уби-вала беременных женщин и детей всех возрастов. 28-го Гриньон в Ла-Миллерэ заставил около 40 жителей явится в церковь; почти все они имели свидетельства о патриотизме; их выпускали оттуда по одному и расстреливали на кладбище.. 26-го Корделье приказал рас-стрелять по меньшей мере 200 женщин, детей и стариков, у которых были добротные сви-детельства о патриотизме…»

Описания террора на Дону и Вандее настолько схожи, что лишь вчитываясь в даты и имена понимаешь о каком времени идёт речь.

Трибунал разбирал в день по 50 дел… Смертные приговоры сыпались пачками, причем часто расстре-ливались люди совершенно невинные, старики, старухи и дети. Известны случаи расстрела старухи 60 лет неизвестно по какой причине, девушки 17 лет по доносу из ревности одной из жен, причем определенно из-вестно, что эта девушка не принимала никогда никакого участия в политике (Из докладной записки пред-седателя Урюпинского комитета компартии К. К. Краснушкина в Казачий отдел ВЦИК, 1919 год.)

…23 женщины, девушки и ребенка , 16 или 17 из них в возрасте 10,12,14 и 17 лет он приказал расстре-лять около Мов. Одну старую женщину Белодр передал своим солдатам, которые разрубили её на куски и бросили в воду( Г.Бабёф «О системе уничтожения населения» 1794 год)

Описывать аналогичные зверства большевиков на Дону, не очень хочется, тем более что они достаточно подробно изложены в книге В.Шамбарова «Казаче-ство» в главе «Казачий геноцид». Было все и массовые грабежи и реквизирование жен и дочерей и даже «республиканские свадьбы» (в российском исполнении – венчание священника с кобылой). Но главное сохранялось — станицы встречавшие большевиков хлебом-солью вырезались также, как и непокорные поселения. Имевшего «добротное свидетельство о патриотизме» командарма-казака Филиппа Миронова чекисты расстреляли без суда и следствия.

Существует мнение, что репрессии последовали в ответ на выступление про-тив Советской власти войск Петра Краснова в 1918 году. Однако после более масштабного, похода Антона Деникина в 1919 году, угрожавшего самой Москве, подобных репрессий уже не было. Директива Свердлова появилась в обстановке, когда казачьи полки один за другим переходили на сторону Советской власти. В январе 1919 г. семь станиц во главе с Вешенской подняли восстание против гене-рала Краснова, перебили часть офицеров, отправили делегации для переговоров с Красной армией, а 28-й казачий полк бросил позиции у Калача и пошел в Ве-шенскую искать Краснова, чтобы с ним расправиться. 2 февраля Краснов докла-дывал Деникину, что под влиянием большевистской агитации „северный фронт Донской армии быстро разваливается… люди в лучшем случае расходятся с оружием в руках по домам, в худшем – передаются „товарищу Миронову“.

Гракх Бабёф утверждал:«…восстание в Вандее произошло только потому, что подлые правители хотели этого. Их страшный план предусматривал, что, пока всю нацию в различных частях страны будут пропалывать, полно-стью будет выкошена эта область, что предоставит большие возможности для организации первых новых аграрных поселений…»

Тоже можно сказать и о Вёшенском восстании. Так, в ночь на 12 марта на не-скольких хуторах казаки перебили небольшие гарнизоны красноармейцев и местных коммунистов. К утру с боем взяли станицу Казанскую. Искры восстания разносились с огромной скоростью. В течение двух-трех дней они слились в сплошное пламя, мгновенно охватившее весь Верхний Дон.

В отличие от французских якобинцев в Москве сидели прагматики, которые, не дожидаясь гильотинирования и неизбежного «термидора» резко пересмотрели свои взгляды. Уже 16 марта пленум РКП(б), отменил январскую директиву Свердлова, как раз в день его безвременной кончи-ны. Но Донбюро не посчиталось с этим и и 8 апреля 1919 г. обнародовало еще одну директиву:

«Насущная задача – полное, быстрое и решительное уничтожение казачества, как особой экономической группы, разрушение его хозяйственных устоев, физическое уничтожение казачьего чиновничества и офицерства, вообще всех верхов казачества, распыление и обезвреживание рядового казачества и о формальной его ликвидации»

Репрессии, проводившиеся армейскими трибуналами и Донбюро, заставили территорию подняться против коммунистов, и это привело к потере всего района верхнего Дона, когда Добровольческая и Донская армии дошли до Тулы и Ельца.

13 августа 1919 г. объединенное заседание Политбюро и Оргбюро ЦК РКП(б) об-судило воззвание к казакам представленное Лениным. Правительство заявляло что оно: «не собирается никого расказачивать насильно, не идет против казачьего быта, оставляя трудовым казакам станицы хутора, их земли, право носить какую хо- тят форму (например, лампасы). Даже такой «злодей» как Троцкий, в сентябре 1919 года разработал «Тезисы о работе на Дону»*

* В них отмечалось, что поскольку социальные группировки в казачестве весьма бесфор-менны, то главным критерием отношения к казаку будет отношение его к Красной Армии

В связи с чем советское руководство проводит ряд мер для сближения с казачеством: со-зывается 1 съезд трудового казачества, публикуется декрет « О землепользовании и зем-леустройстве в бывших казачьих областях», были амнистированы десятки тысяч рядовых казаков взятых в плен под Новороссийском.

Пересмотр правительством РСФСР «анти-казачьей политики», произошло понятное дело не из соображений гуманности. В Кремле, особенно в те годы, не сидели доб-рые дяди с «маковыми плюшками». Просто перед Советской властью стояли более «насущные» проблемы – это будущая война с Польшей, подавление крестьянских бунтов и вообще поход на Европу под знаменем Мировой революции. А на Дону, в те годы, и так было физически уничтожено от 35 до 40% боеспособного населения, а это по разным подсчетам около 1 млн.человек.

Революционный трибунал

Революционный трибунал над «контрой» — старым казаком и священником

Реквизия хлеба

Реквизия хлеба

На апрельском (1925) пленуме ЦК РКП(б) было принято постановление «О работе

среди казачества», обозначившее курс на широкое вовлечение казачества в со-ветское строительство и снятие всех ограничений в его жизнедеятельности.

Дальнейшие репрессии против жителей казачьих областей, уже не осуществлялись в таких масштабах и не носили ярко выраженного анти-казачьего геноцида. Они проводились уже в рамках коллективизации и всеобщей мании вредительства охватившей всю страну.

Советская власть, покончив с «расказачиванием», «раскулачиванием» и «раскре-стьяниванием» с середины 30-х годов, сменила «гнев на милость» сосредоточив ре-прессии на бывших «краскомах» и «старых большевиках». Так, в конце 1935 года в Большом театре на праздновании годовщины ОГПУ присутствовала группа казачь-ей старшины в форме царского образца с золотыми и серебряными аксельбантами. А в 1936 году был сформирован ряд кавалерийских дивизий получивших наименование казачьих. Они набирались извсего населения Дона, Кубани и Терека, за исключением горцев. Было разрешено ношение прежде запрещенной традиционной казачьей формы – черкесок, башлыков, бурок, шаровар с лампасами.

Для лучшего понимания « кавалерийской темы» хочется привести выдержки из статьи В.Д. Иванова и О.И. Сергеева «Что в эти годы происходило с кавалерией», опубликованной Институтом истории, археологии и этнографии народов Даль-него Востока ДВО РАН в августе 2000г.:

«К 1935 году в РККА имелись 4 кавалерийских корпуса (1-й, 2-й, 3-й, 4-й), 15 кавалерий-ских (1-я, 2-я, 3-я, 4-я, 5-я, 6-я, 7-я, 8-я, 9-я, 10-я, 11-я, 12-я, 14-я, 15-я, 22-я) и 5 горно-кавалерийских (17-я, 18-я, 19-я, 20-я, 21-я) дивизий. Согласно докладу начальника Генерального штаба РККА А.И.Егорова от 14 апреля 1935 года о развитии Вооружённых сил на 1936-1938 гг., к 1 июля 1936 года в составе Красной Армии планировалось иметь 31 кавалерийскую дивизию. В течение 1935 года были созданы управления 3 кавкорпусов (5-й, 6-й, 7-й), развёрнуты из кавбригад 16-я и Особая кавдивизии, сформированы вновь 23-я, 24-я, 25-я, 26-я, 27-я, 28-я, 29-я и 30-я кавдивизии. Таким образом общее число кавдивизий, с учётом горно-кавалерийских, возросло до 30. К концу лета 1936 года были сформированы 13-я и 31-я кавдивизии, а также отдельная кавбригада горских нацио-нальностей.

Итак, к началу 1937 года, то есть накануне «большой чистки», в Красной Армии имелись 7 управлений кавалерийских корпусов, 32 кавалерийские дивизии (из них 5 горно-кавалерийских и 3 территориальных), 2 отдельные кавалерийские бригады, 1 отдельный и 8 запасных кавалерийских полков. Численность конницы по штатам мирного времени составляла 195 690 человек.

Но вот Тухачевский и К° расстреляны. Казалось бы, самое время сформировать побольше новых кавалерийских частей и соединений. Однако происходит прямо противоположное. Осенью 1937 года нарком обороны К.Ворошилов и начальник Генштаба Б.Шапошников представили Сталину доклад «О плане развития и реорганизации РККА в 1938-1942 гг.» [147]. 29 ноября 1937 года этот план был утверждён постановлением Комитета Обороны при СНК СССР [148]. В соответствии с ним в 1938 году подлежали расформированию 2 управления кавалерийских корпусов, 7 кавалерийских дивизий и 2 запасных кавполка. Во исполнение данного решения в 1938 году были расформированы 13-я, 23-я, 26-я, 27-я, 28-я, 29-я и 30-я кавдивизии. В результате конница мирного времени была сокращена до 5 управлений кавкорпусов, 18 кадровых кавалерийских дивизий, 5 горных кавалерийских дивизий, 2 казачьих территориальных кавалерийских дивизий, 2 отдельных кавбригад, 1 отдельного кавполка и 6 запасных кавполков, всего 138 560 человек. При всеобщей мо-билизации из 4 запасных кавполков дополнительно развёртывались ещё 4 кавдивизии. Таким образом, общее число кавалерийских дивизий в случае войны должно было соста-вить 29, а численность конницы военного времени -- 255 300 человек.

Утверждённый 2 сентября 1939 года постановлением СНК СССР №1335-279сс план реор-ганизации сухопутных Вооружённых сил СССР на 1939-1940 гг. предусматривал дальнейшее сокращение кавалерии — расформированию подлежали 4 кавалерийские дивизии и 2 отдельные кавалерийские бригады. Однако в связи с вводом советских войск на террито-рию Западной Украины, Западной Белоруссии и Прибалтики Красная Армия вынуждена была развернуться в семи округах по штатам военного времени. В этой ситуации расфор-мирование 4 кавалерийских дивизий стало нежелательным. Поэтому в письме наркома обороны Ворошилова Сталину и Молотову №81229сс/ов от 23 октября 1939 года вносились следующие предложения: 2 отдельные кавбригады расформировать, 4 кавалерийские дивизии, ранее намечавшиеся к расформированию, сохранить, отдельный кавалерийский полк развернуть в отдельную кавалерийскую бригаду. Таким образом, в Красной Армии должно было остаться 5 управлений кавалерийских корпусов, 18 кавдивизий, 2 кавдивизии сокращённого состава, 5 горных кавдивизий, 1 отдельная кавалерийская бригада и 6 запасных кавполков. При этом в отличие от мобилизационного плана 1938-1939 гг. развёртывание дополнительных кавалерийских дивизий в военное время не преду-сматривалось. Во исполнение данного решения были расформированы 5-я (бывшая Бурят-монгольская) и 3-я Горская отдельные кавалерийские бригады.

21 мая 1940 года Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило постановление Комитета Обороны при СНК СССР «Об организации и численности Красной Армии». В соответствии с ним, подле-жали расформированию 5 кавалерийских дивизий и один запасной кавалерийский полк. При этом на базе 4 расформируемых кавдивизий планировалось развернуть 2 новые мо-торизованные стрелковые дивизии. В результате в составе конницы должны были остаться 5 управлений кавалерийских корпусов, 15 кавдивизий, 5 горных кавдивизий, 1 отдельная кавбригада и 5 запасных кавполков общей численностью 122 744 человека.

Во исполнение этого постановления в июне-июле 1940 года были расформированы 7-я, 11-я, 16-я, 25-я и 34-я кавалерийские дивизии. При этом 7-я кавалерийская дивизия была переформирована во 2-ю танковую дивизию 3-го механизированного корпуса, 11-я кав-дивизия -- в 7-ю танковую и 4-й мотоциклетный полк 6-го мехкорпуса, 16-я кавдивизия обращена на формирование 6-й и 15-й танковых дивизий и 3-го мотоциклетного полка 4-го мехкорпуса, 25-я -- на формирование 1-й танковой дивизии и 5-го мотоциклетного полка 1-го мехкорпуса, 34-я -- на формирование 7-й моторизованной и 12-й танковой дивизий и 2-го мотоциклетного полка 8-го мехкорпуса.

Более того, в июне-июле 1940 года управления 3-го и 4-го кавалерийских корпусов были обращены на формирование управлений 6-го и 8-го механизированных корпусов соответ-ственно. Однако в январе 1941 года в Среднеазиатском военном округе было вновь сфор-мировано управление 4-го кавалерийского корпуса, объединившего 18-ю, 20-ю и 21-ю горно-кавалерийские дивизии.

В начале 1941 года нарком обороны С.Тимошенко и начальник Генштаба Г.Жуков пред-ставили Сталину и Молотову записку с изложением схемы мобилизационного развёртывания Красной Армии. На её основе 12 февраля 1941 года был составлен проект мобилиза-ционного плана. Согласно этому документу в РККА должны были остаться 3 управления кавалерийских корпусов, 10 кавалерийских и 4 горно-кавалерийские дивизии, а также 6 запасных полков -- 4 кавалерийских и 2 горно-кавалерийских, общая численность конницы -- 116 907 человек. В соответствии с этим в марте 1941 года были расформированы 4-я, 10-я, 12-я, 15-я и 22-я кавалерийские, а также 19-я горно-кавалерийская дивизии. Была расформирована и 31-я кавдивизия, хотя это и не предусматривалось запиской Тимошенко и Жукова. При этом 4-я кавалерийская дивизия была переформирована в 210-ю моторизованную дивизию, 19-я горно-кавалерийская -- в 221-ю моторизованную дивизию 27-го мехкорпуса, 26-й механизированный корпус формировался на основе 10-й и 12-й кавалерийских и 103-й стрелковой дивизии. Что же касается управлений кавкорпусов, то их к 22 июня 1941 года оставалось по-прежнему четыре.В результате к началу Великой Отечественной войны в Красной Армии имелось всего 13 кавалерийских дивизий.

Как мы могли убедиться, пробравшиеся к руководству Красной Армии «кавалеристы» за 4 года сократили количество кавалерийских дивизий в два с половиной раза. Одновременно значительно выросли численность и оснащение танковых и механизированных войск. Так, если в конце 1937 года в РККА имелось 25 лёгких, 4 тяжёлые и 3 запасные танковые бри-гады, а также 2 автоброневые и 3 мотострелковые бригады, то согласно мобилизационному плану 1941 года в Красной Армии должно было быть развёрнуто 60 танковых, 30 мото-ризованных и 2 мотострелковые дивизии. К 22 июня 1941 года этот план был не только выполнен, но и перевыполнен — были дополнительно сформированы одна танковая и одна моторизованная дивизии. При этом, как мы только что видели, танковые и моторизованные дивизии зачастую создавались на базе расформируемых кавалерийских.

Выяснилось, что с сокращением конницы в предвоенные годы несколько переусердство вали. Так, в подписанном начальником Генерального штаба Г.К.Жуковым директивном письме Ставки Верховного командования от 15 июля 1941 года, обобщавшем опыт первых трёх недель войны, говорилось следующее: «Нашей армией несколько недооценивается значение кавалерии. При нынешнем положении на фронтах, когда тыл противника растя-нулся на несколько сот километров в лесных местностях и совершенно не обеспечен от крупных диверсионных действий с нашей стороны, рейды красных кавалеристов по растя-нувшимся тылам противника могли бы сыграть решающую роль в деле дезорганизации управления и снабжения немецких войск и, следовательно, в деле разгрома немецких войск. Если бы наши кавалерийские части, болтающиеся теперь на фронте и перед фронтом, бы-ли брошены по тылам противника, противник был бы поставлен в критическое положение, а наши войска получили бы громадное облегчение. Ставка считает, что для таких рейдов по тылам противника достаточно было бы иметь несколько десятков лёгких кавдивизий истребительного типа в три тысячи человек каждая, с лёгким обозом без перегрузки тылами. Следовало бы начать постепенно, но безо всякого ущерба для боевых операций, переформирование существующих кавкорпусов и кавдивизий в лёгкие кавдивизии истребительного типа в три тысячи человек каждая, а там, где нет кавчастей, следовало бы организовать кавдивизии упомянутого облегчённого типа для производства рейдов и ударов по тылам противника. Не может быть сомнения, что такие кавдивизии, действующие по тылам противника, будут облепляться партизанами, получат от них большую помощь и удесятерят свои силы».

В результате рекомендации Жукова были выполнены. К концу 1941 года в Красной Армии насчитывались 82 кавалерийские дивизии лёгкого типа. Как и предлагалось в директивном письме Ставки, новые кавалерийские соединения трёхтысячного состава не имели дивизионной артиллерии, танков, противотанковых и зенитных средств, подразделений связи, сапёров и тылов. С учётом этого обстоятельства, численность советской кавалерии в этот период вовсе не выглядит астрономической. Ведь согласно довоенным штатам, «нормальная» кавдивизия должна была иметь 9240 человек личного состава. То есть для пересчёта лёгких кавдивизий в обычные, их число следует разделить на 3. Будучи слабо оснащёнными боевой техникой и вооружением, кавалерийские дивизии несли большие потери. Ввиду этого многие из них впоследствии были расформированы, а оставшиеся в начале 1942 года сведены в кавалерийские корпуса. В феврале 1942 года количество ка-валерийских дивизий достигает максимума -- 87, однако к июлю того же года их число снижается до 46, а к декабрю остаётся лишь 31 кавдивизия. На 1 мая 1943 года в Красной Армии имелись 26 кавалерийских дивизий, насчитывающих 238 968 человек и 226 816 лошадей.

Интересно взглянуть, как обстояли дела с кавалерией у нашего главного противника. В приведённой выше цитате Рапопорт и Геллер утверждают, что немцы в 1936 году имели две с половиной кавалерийские дивизии (то есть 2 дивизии и 1 бригаду). Как ни странно, в данном случае эти граждане не врут. Впрочем, их разоблачительный пафос мог стать ещё сильнее, если бы они знали, что к осени 1936 года у немцев в кавалерии оставалась всего лишь 1 бригада. С ней Германия и вступила во 2-ю мировую войну. 25 октября 1939 года бригада была развёрнута в дивизию. Однако к концу войны у немцев имелось уже 6 кавалерийских дивизий: 3-я и 4-я кавдивизии вермахта, 8-я и 22-я кавдивизии СС, а также включавший две дивизии 15-й казачий кавалерийский корпус, который организационно входил в состав войск СС, хотя его личный состав к СС не принадлежал. Думается, если бы в ходе боевых действий кавалерия показала свою бесполезность, вряд ли стали бы немцы наращивать у себя её численность. Остаётся лишь согласиться с мнением, высказанным в недавно вышедшей книге А.В.Исаева:

«…опыт войны показал, что с сокращением кавалерии поспешили. Создание только мото-ризованных частей и соединений было, во-первых, неподъёмным для отечественной про-мышленности, а во-вторых, характер местности в Европейской части СССР во многих случаях не благоприятствовал использованию автотранспорта. Всё это привело к возрож-дению крупных кавалерийских соединений…

В 1941-1942 гг. конники сыграли важнейшую роль в оборонительных и наступательных опе-рациях, став незаменимой „квазимотопехотой“ Красной Армии. Фактически кавалерия до появления в Красной Армии крупных самостоятельных механизированных соединений и объ-единений была единственным манёвренным средством оперативного уровня. В 1943-1945 гг., когда были, наконец, отлажены механизмы танковых армий, кавалерия стала тонким инструментом для решения особо важных задач в наступательных операциях… Типовой задачей кавалеристов в 1943-1945 гг. было образование внешнего фронта окружения, про-рыв далеко в глубь обороны противника в период, когда старый фронт рассыпался, а новый ещё не создан. На хорошем шоссе кавалерия, безусловно, отставала от мотопехоты. Но на грунтовых дорогах и в лесисто-болотистой местности она могла наступать вполне срав-нимым с мотопехотой темпом. К тому же в отличие от мотопехоты кавалерия не требо-вала себе постоянной доставки многих тонн горючего. Это позволяло кавалерийским корпу-сам наступать глубже большей части механизированных соединений и обеспечивать высо-кий темп наступления армий и фронтов в целом. Прорывы кавалерии на большую глубину позволяли экономить силы пехотинцев и танкистов.

Утверждать, что кавалерия -- это отсталый род войск, лишь по недомыслию руководства остававшийся в Красной Армии, может только человек, не имеющий ни малейшего понятия о тактике кавалерии и туманно представляющий себе её оперативное использование».

Страниц: 1
Опубликовано: 19.02.11 | Просмотров: 3309 | [ + ]   [ - ]   | Печать